Адрес: 630073, Россия, Новосибирск,
пр. К. Маркса 20,
корпус "Библиотека"
E-mail:
Web-адрес: www.library.nstu.ru
Справочная служба: (383)346-11-64
Тел./факс: (383)346-02-46
(383)346-07-82
 
Наши партнеры
 

 

             

             

 
 


Рейтинг@Mail.ru

 

 
Дружинина Татьяна Алексеевна
версия для печати
Дата последнего обновления: 2012-11-07
 
 
Дружинина Татьяна Алексеевна
 
 
Родилась 06.06.1989, учится в магистратуре АВТФ. Пишет стихи с раннего детства. Публиковалась в различных журналах и альманахах. В 2007 году вышел ее сольный сборник "Письмо из июля". С 2009 руководит поэтическим клубом НГТУ "сМЫ!сл". Пишет стихи, а помимо - фотографирует, периодически организует массовые фотосессии для всех желающих. Коллекционирует все, что связано с совами.

     

 

Баллада о дипломе Варежки

Многоногая микросхема сверху кажется мне мокрицей.
Душно думать. А надо в книги, как в горячий песок, зарыться.

Принтер выплюнет свежий листик, нежно пахнущий теплой краской.
Не успеешь вздохнуть свободно, не успеешь захлопнуть глаз, как

Над твоей нависают ленью оголенных контактов плети,
Будем жить по ТЗ и госту этим маем, июнем этим.

За защитой маячит лето - иллюзорный, желанный пряник,
Размножаются документы, снятся вирусы и трояны.

Я сегодня такой усталый, я сегодня безумно старый
И жалею в который раз, что я совсем не гуманитарий.

А какой-то гуманитарий позавидует мне, вестимо,
Выражаясь научно, оба мы с ним редкостные кретины.

Скоро вылупится созданье, выйдет из мультифорных пленок,
Будет тощим и беззащитным, я его назову дипломом.

Стихи про свадебного фотографа

От сборов до регистрации фотографа полусонного
томило желанье жгучее: сбежать и отдать аванс.
Он щелкал колечки яростно, в футляре или без оного,
придумывая мучительно, куда их еще девать.

Невеста в торшере тюлевом, надушенная удушливо,
с добротной москитной сеткою на пластиковых кудрях,
была интересно бледною: она ничего не кушала
неделю, а нынче плакала от счастья и до утра.

Фотограф бывал на выкупах и втайне питал к ним ненависть,
а также аккумуляторы. И снова ему лететь
по лестнице, и распихивать гостей, прижимая к стенам их.
Все те же, все те же конкурсы, и крики, и канитель.

Торжественной регистрации - торжественных регистраторов,
с прическами-вавилонами, с манерами герцогинь.
И ждет на крылечке загсовом шампанское непочатое
да голуби в клетках, ранее предложенные другим.

Прогулка с молодоженами. Фотограф из них вытряхивал
эмоции. И за городом нещадно гоняя их,
он выложился и выжался, а все же на фотографиях
целует шаблонно девушку шаблонный ее жених.

Кафе, каравай, салатики, ужасное освещение,
никто не нальет шампанского, никто не предложит стул.
Из массы банкетной музыки фотографу наименее
противен был звон бокаловый да вилочный перестук.

Фотограф снимает общую. Вдруг пьяные морды ящиком,
такие, что мелом хочется в кружок себя обвести,
застыли. На миг почуялось, что вот оно, настоящее,
что птичка готова вылететь, уселась на объектив.

Фотограф слегка растрогался, и, слушая тост затасканный,
подумал: да будьте счастливы, отныне и навсегда.
Со всеми своими кольцами, букетами и подвязками.
хорошего вам сценария, чтоб выдержал тамада.
 

***

Где-то последний сверчок допевает соло,
Дома кровати бессонны, а сны узки.
Шумно сражаясь с молью на антресолях,
Ищут друг друга варежки и носки.

Полночь - незрелая слива, тугая завязь
Ночи. В прихожей шепот шарфов и шуб
Слышен, и чертыхается в темном зале
Злой полтергейст, запнувшийся о фэн-шуй.

В елочку или малинового цвета,
Связанные из кошек, и коз, и лам -
Если резинки белой меж ними нету,
Варежки расползаются по углам.

Страх одиночества ночью ужасно вреден,
Злой полтергейст задумался и завис,
Все мы немного спим и немного бредим.
Скоро светает. Варежка, отзовись!

Консервированные восьмерки

* 1 *
Декабрь состареется стремительно,
И волшебство войдет в простые вещи.
Вот елочные лапы в белых митенках
Качаются, сливаются, трепещут.

А вот зима за летними соленьями,
Идет в ларек с заснеженным инжиром.
Вот мы с тобой. И в том же направлении
Идут следы и тени от снежинок.
//Идут - а мы с тобою недвижИмы.

* 2 *
И темень, и озноб, и холода
Поутру - бесконечно на повторе.
Синицы каждый день в окно глядят -
Стабильно производят мониторинг.

Каким бы ни молился ты богам,
Об пол в молитве сколько б лбом ни шваркал,
До марта - как отсюда до Багам,
Да и богам, поди, у нас не жарко.
//Да и богам ни холодно ни жарко.

* 3 *
На что же, объясните мне, на что Вам,
У всех карманов занимая мелочь,
Разозлевая служащих почтовых,
Наклеивая марки неумело,

Подписываясь жиденьким петитом,
Как будто в шестигранник лототрона
Письмо бросая в ящик, думать: спит он,
или проснулся?..
Утро. Свет на кронах.
//Письмо в конверте, снегири на кленах.

* 4 *
Вот это да! Вот это нет. А это - знак вопроса.
Полимераза, скин-эффект, хорей, река Угра,
Кривая спроса, квантор, йот, изоморфизм, оси,
Гиперболоид, примитив, горбатый интеграл,

Двусвязный список, РНК, АЛУ, оксид селена,
Триас, транскрипция, массив, валютный коридор...
И ночь - условность. Нет ее, тебя, меня, вселенной.
Лишь сессия. И ничего ни после и ни до.
//А на стекле оконном свет мелькает подо льдом.

Autumn
Дачи оставят на зиму в белых чехлах, ржавеет
бочка, плоды не снятые, краешки чахлых листьев.
В этом пространстве праздности память раскроет веер
мыслей о всех упущенных людях или делах.

Тщетно ходить на цыпочках - яблоки будут падать.
Грустно. Стихи рождаются длинными, слог их выспрен.
Августы молча снимутся и побредут на пажить.
Режут, стуча по дереву, зимний уже салат.

Пору цветенья бабочек, пору молочных крынок -
все пропустили. медленно льется с медовых ложек
все, что случилось теплого, все, что неповторимо.
Что-то в тебе взбунтуется, с миром пойдет вразрез

и понесется по ветру выходом тихим: autumn...
Будешь писать, и критики скажут: "опять про то же!",
словно бы по наитию, взглянешь: мелькнуло что-то,
вот оно было, вот оно, жалко, не рассмотрел.

Проще некуда

Пространство уминается в брикет,
где душно этой осени, как таксе,
которой на коротком поводке,
не удавиться и не разгуляться.

Под перепонкой старого зонта,
под чешуей осклизлого навеса,
стоим, чтобы беднягами не стать,
которых дождь на ломтики нарезал.

Произрастает во поле маис,
и не мои галеры в море тонут.
Пока во гневе боги не мои,
храни меня, ракушка из бетона.

Ты, урывая свежее с лотка,
пугаешься и крестишься подчас, но
как все-таки бездонна и сладка -
твоя к чужому горю непричастность.

Шипит осенних месяцев рагу,
и пусть зима приходит поскорее,
мы овощами ляжем на снегу,
в надежде, что когда-нибудь созреем.

 
 
 
Powered by StudLab